Символ шестого лунного дня — Журавль. В авестийской традиции журавль считался птицей, способной парить между мирами — земным и небесным. Его протяжный крик разрезает пелену тумана, подобно тому как интуитивное прозрение рассеивает иллюзии разума. В зороастрийских текстах журавль связан с Тиштрией — Изедом звезды Сириус, повелителем дождей и облаков. Именно поэтому шестой лунный день называют днём облаков и видений.

Энергетика этого дня направлена на верхние энергетические центры — область головы и так называемую «коронную» зону. В шестой лунный день обостряется краниальная энергия: многие отмечают необычную ясность сознания или, наоборот, давящую головную боль — в зависимости от того, насколько чисты энергетические каналы. Журавль, вытянувший шею к небесам, символизирует устремление человеческого разума к высшему знанию.

В «Бундахишне» описывается, как в начале творения Ахура-Мазда наполнил небо облаками, чтобы оросить пересохшую землю. Облака — это не только влага, но и завеса между видимым и невидимым. Шестой лунный день открывает щель в этой завесе, позволяя увидеть то, что обычно скрыто: знаки, предчувствия, вещие образы приходят с особой силой.